Гостиница "Катерина Сити"

Шлюзовая наб., 6/1

русский | english




главная

апартаменты

питание

бронирование

Пора взросления Америки. 

				
				
				
   Пора взросления Америки.
   За одну осень она прошла путь, который другие страны одолевали
веками.
   В Америку меня отправляли, как в былые времена американцев - в
Советский Союз. Родные нагрузили антибиотиками, хорошо себя
зарекомендовавшими в борьбе с сибирской язвой и якобы страшно
дефицитными в США. Бедная бабушка умоляла любыми способами
отделаться от "опасной" командировки или, на худой конец, плыть
туда по океану ("Титаник" она не смотрела). Коллеги желали
профессиональных успехов в "горячей точке". Я всех слушала и
никого не понимала: какая Америка, о чем вы?!
   Добрые стюардессы "Дельты", казалось, уже не знали, чем еще
развлечь пассажиров на восьмом часу полета, и раздавали нам
мороженое. На экране в салоне "Боинга" вырисовывался его долгий
маршрут - дуга уже уперлась в Гренландию, а мне все еще не
верилось в собственные пространственные перемещения. Только когда
народ зааплодировал мягкой посадке, пришлось признать: кажется,
ты в том самом Нью-Йорке...
   Гостеприимство американского налогоплательщика.
   Конечно, я не исключала, что когда-нибудь и мне доведется
"открыть Америку". Но никак не думала, что это произойдет
нынешней осенью. Из петербургского Американского центра в
редакцию позвонили спустя считанные дни после страшных событий 11
сентября - и так, будто ничего не произошло, предложили принять
участие в международной программе обмена в ноябре. Но потом
начались бомбардировки Афганистана, люди стали бояться вскрывать
конверты, американские посольства приостановили выдачу виз...
Словом, вполне логично было бы считать сентябрьское предложение
само собой аннулированным.
   - Ты не знаешь американцев, - говорили мне люди, которые их
знают. - Если они что запланировали, даже всемирный потоп этому
не помешает.
   После того дня, который потряс мир, у нас принялись
предсказывать "закрытие" Америки. До сих пор тысячи специалистов
со всего света ежегодно посещали США по программе приема
иностранных посетителей, которая курируется ни много ни мало
Госдепартаментом. В 2000-м в программе приняли участие почти 4500
иностранцев, и львиная их доля - за счет американских
налогоплательщиков. Более того, многие из последних тратят на
зарубежных гостей свое свободное время, помогая Госдепу на
добровольных началах.
   Скажете, тамошний налогоплательщик не столь наивен, чтобы
финансировать то, в чем сам он нисколько не заинтересован.
Конечно, интерес есть: Госдеп приглашает в гости главным образом
"opinion makers" - создателей общественного мнения. Самая
масштабная доля программы - российская, далее следуют Украина с
Китаем. Разве не интересно, чтобы в этих развивающихся странах
хорошо относились к США?
   Но при этом Америка не навязывает гостям положительное о себе
мнение (разве что самим фактом приглашения). Напротив, делается
все для того, чтобы они получили объективное представление о
супердержаве: в маршруты включаются не только столицы с
преуспевающими фирмами, но и глухая провинция с приютами для
бедных. Кроме того, богатая на запланированные встречи программа
все же оставляет гостям время на самостоятельное исследование
страны. И если иностранцам советуют не разгуливать по некоторым
районам после 21.00, то исключительно ради их же безопасности.
   Да и сама заинтересованность в зарубежном общественном мнении
уже не очень-то вяжется с образом мирового жандарма. В этом
непростом для Америки году (еще до терактов разразился
экономический кризис) она не секвестировала те иностранные
программы. И прогнозы самих американцев таковы: не секвестирует,
а возможно, даже расширит.
   Мы были в США две недели, посетили четыре разных города
(Вашингтон, Бостон, Цинциннати, Нью-Йорк) и всюду встречали
соотечественников, прилетевших по тем же ознакомительным делам. В
Цинциннати к нашему приезду уже гостила большая
музейно-туристская делегация из Архангельской области, а в банках
Бостона стажировались земляки-бизнесмены. Все это больше походило
на "открытие", чем на "закрытие" Америки.
   Вашингтон: мечта о единстве в готическом стиле.
   С Нью-Йорком мы даже не успели как следует поздороваться -
первым номером нашей программы был Вашингтон. Аэропорт
американской столицы к началу ноября все еще не принимал после
беды с Пентагоном. Как раз в день нашего прибытия Вашингтон снова
распахнул свои воздушные ворота, но мы уже добирались туда через
Балтимор, от которого до столицы - считанные мили на машине...
   Нас встретила потрясающе красивая и безмятежная осень. Даже
нет - лето, хотя и индейское (аналог нашего бабьего): плюс
двадцать по Цельсию. Воскресный Вашингтон нежился на солнце.
Этому городу с огромными пространствами и белоснежными
"греческими" дворцами вообще очень идет свет.
   Белок и зайцев в парках было едва ли не больше, чем людей, -
симпатяги обнаглели настолько, что кидались под ноги. Говорят,
еще год назад в такой классный уик-энд столица кишела бы
туристами. Они и сейчас загорают на ступенях мемориала Линкольна,
но ряды их здорово поредели после 11 сентября.
   Вашингтон как сплетенье коридоров американской власти всегда
славился своей доступностью. Почти во все легендарные
госучреждения вроде Конгресса толпами водили экскурсантов. Можно
было даже прогуляться по первому этажу президентской резиденции -
Белого дома. Но этой осенью по понятным причинам туристскую
свободу пришлось ограничить, а местами и вовсе свести на нет.
   Так что панорамой Белого дома мы любовались издалека,
выглядывая Буша-младшего. И наше терпение было почти
вознаграждено - в небе черными стрекозами засновали вертолеты.
   - Это президент возвращается с дачи, - прокомментировали
зеваки. - Хотя кто его знает, когда и на чем он сейчас
возвращается. Вице-президент вон вообще неизвестно где, чтобы в
случае чего страна без руководства не осталась.
   Многие улицы столицы перегорожены, и даже наш переводчик Билл
- с недавних пор вашингтонец - не в курсе, где теперь проход
открыт, а где закрыт. Гид Татьяна (родом из Киева) дополняет
экскурсию актуальными комментариями: "Это здание Конгресса. Того
самого, где обнаружили сибирскую язву...". Сама Татьяна с мужем -
этническим ливанцем - после 11 сентября стали нехотя подумывать о
переезде из Вашингтона в провинцию...
   Конечно же, жизнь здесь раскололась на "до" и "после". Но это
со стороны (в нашем случае - из России) кажется, что в Америке не
осталось ничего, кроме язвы и страха. А на территории "горячей
точки" нам почему-то сразу стало спокойно, как тем белкам.
Наверное, дело в том, что здесь без надобности не бередят свои
раны. Помнят, но не поминают всуе. Не очень-то охотно об этом
говорят. Не совсем понимают, почему нам это интересно (самих
американцев до последнего времени не слишком волновали
международные дела). Так что наши расспросы скоро стали казаться
нам самим совершенно бестактными.
   А может, в Америке на нас успокаивающе подействовал так
называемый эффект Эйфелевой башни. Известно, что башню не видно
только на самой башне. Так и тут: не страшно только в самой
Америке.
   И еще здесь начинаешь понимать: называть Америку мировым
жандармом по меньшей мере нелогично. Она не может им быть по
определению, потому что сама - целый мир. В любой другой стране
иностранец волей-неволей противопоставляет себя монолитному
коренному населению. Америка - такой коктейль из рас,
национальностей, вероисповеданий, образов мыслей, характеров,
стилей одежды, что здесь вообще проблематично почувствовать себя
иностранцем, даже если не говоришь по-английски.
   Недавно в Вашингтоне достроили грандиозный собор, задуманный
еще Джорджем, в честь которого назван город. Храм выдержан в
лучших готических традициях - прекрасный пример немножко наивного
американского стремления заиметь все, что есть в Европе, только в
несколько раз больше. Но интереснее другое: это единственный в
мире собор, где могут проводить богослужения представители всех
(!) конфессий. И после событий 11 сентября именно отсюда
обратились к нации президент Буш и служители церкви.
   "Считайте, что мы взрослеем".
   Проблемой перехода Америки из "до" в "после", конечно же,
сразу занялись ее лучшие умы. Гэри Уивер - профессор по
международным отношениям Американского университета - для
понимания "текущего момента" предлагает заглянуть в историю:
   - Кто приезжал из Европы в Америку? Не типичные европейцы -
они как раз оставались, а фанатики, которые различали только
добро и зло, не признавая нюансов. Еще отец нынешнего президента
объяснял конфликт с Ираком борьбой добра и зла. Европейцы тогда
усмехались: "Да ладно вам, это же голая экономика!" Но президент
не может, обращаясь к менталитету нации, читать лекции по
экономике. И сегодня президент Буш называет противников
"носителями зла", потому что именно этого ждут от него
американцы.
   До 11 сентября Америка смотрела на мир глазами очень молодого
человека. Теперь она изменится, уверен Гэри Уивер. Впредь -
никакого изоляционизма, только интернационализм. До сих пор
полконгресса не имело даже загранпаспортов. ("Я был в Европе
однажды, зачем мне ехать туда еще?" - удивлялся один
конгрессмен).
   Профессор Говардского университета Алвин Торнтон дополняет
коллегу:
   - Мы столько лет не знали войн и вдруг в одночасье потеряли
тысячи людей. То, что другие страны проходили веками, наша
переживает в очень короткий срок. Будем считать, что мы
взрослеем. Патриотизм - религия, которая нас объединяет. Наша
общность сейчас сильнее, чем наши противники. Мы безоговорочно
поддерживаем Буша, даже если не во всем с ним согласны. Может
быть, когда все закончится, мы снова станем индивидуалистами и
Буш проиграет выборы. Но Америка уже никогда не будет прежней.
   Впрочем, есть у Америки вечные ценности, которые не подвластны
никакому форс-мажору. Например, права человека. Один из вопросов
дня: а можно ли ими жертвовать в интересах государства? По мнению
Торнтона, такие права, как свобода мысли, выбора, объединений, не
может отнять никакое государство, иначе оно просто перестанет
быть легитимным.
   Живую иллюстрацию к этой профессорской мысли мы лицезрели на
ступенях Капитолия - этакой трибуне, где за символическую плату
любой человек может вещать что ему вздумается. Так вот, некий
афроамериканец в белых одеждах проповедовал мир во всем мире в
самый разгар бомбардировок Афгана (проповедовал, правда, только
"среди себя" ввиду полного отсутствия аудитории). А в день их
начала в Вашингтоне мирно сосуществовали две полярных
демонстрации - "за" и "против".
   Летайте самолетами...
   Так получилось, что наш маршрут пролегал в аккурат по местам
трагических сентябрьских событий. Шопингом в Вашингтоне нам
порекомендовали заняться не где-нибудь, а в торговом центре
напротив Пентагона, который до сих пор залечивает раны. Из
столицы мы полетели в Бостон - тот самый, откуда утром 11
сентября взяли курс на Нью-Йорк два обреченных лайнера. Именно в
бостонском престижном предместье владела несколькими особняками
родня Бен Ладена, исчезнувшая после трагедии в неизвестном
направлении. К тому же бостонцы до сих пор не могут спокойно
миновать отель, в котором останавливался пилот-камикадзе...
   Еще в России нам принесли извинения за возможную тщательность
досмотров в американских аэропортах, да мы и без того были
наслышаны о тамошних беспрецедентных мерах безопасности. Но то,
через что мы прошли, превзошло все наши ожидания. Еще в
Вашингтоне нам торжественно объявили, что компьютер выбрал нас в
качестве объектов особо пристального досмотра.
   Машина вообще умная - аккуратно отбирает всех иностранцев. А
уж что в американский компьютер попало, то оттуда не выберется,
пока находится на территории США.
   После терактов начальника Бостонского аэропорта уволили и за
полмиллиона долларов (сумма неимоверная, даже учитывая
нештатность ситуации) наняли туда израильского специалиста по
безопасности. "Новая метла" не мудрствуя лукаво организовала
многочасовой ручной досмотр чемоданов подозрительных пассажиров в
тесной палатке. Странно, что за те же деньги с той же целью не
купили мощный просвечивающий аппарат, как в Вашингтоне.
   Но мы с пониманием относились к любым процедурам - даже к
снятию "звеневших" ботинок. Только американцы, на нас глядючи, с
тоской вспоминали, как когда-то заходили в самолет, словно в
автобус. Говорят, летать они стали меньше, хотя со стороны
незаметно: в аэропортах длинные очереди на регистрацию, в
самолетах почти нет свободных мест. Но, скорее всего, это
результат сокращения рейсов. Во всяком случае, в бизнес-новостях
про дела авиакомпаний сообщают в весьма минорном тоне. Человеку с
чемоданом каждый прохожий желает "safe trip!" - безопасного
путешествия (прежде желали просто счастливого).
   Мы были в Бостоне, когда страну потрясла новая авиакатастрофа
- аэробус упал на Квинс. Бедный Нью-Йорк! Америка напряглась,
пелену покоя с нее как ветром сдуло. Но тут взяли Кабул. И уже на
следующий день после катастрофы телекомментаторы оставили ее в
покое, ухватившись за положительную новость.
   Потом и Путин прилетел - тоже радость. И причина катастрофы,
как выяснилось, вроде не теракт. Правда, американцы, с которыми
нам довелось общаться, не очень-то верят в эту версию. Но покой
дорогого стоит...
   Кстати, о Путине. Он явно понравился американцам. Семья Кайл,
у которой мы гостили в Цинциннати, хором констатировала: "Good
guy!" Мол, парень хороший и, сразу видно, христианин. С приездом
Путина заметно полегчала наша аэропортовская участь: узнав, что
мы русские, персонал исследовал содержимое чемоданов как-то
особенно бережно. А если серьезно - американцы действительно
ценят то, что Россия одной из первых поддержала их в трудное
время.
   Добрая воля и компьютерный гений.
   Главными темами нашей программы были добровольческое движение
(кстати, Генассамблея ООН объявила 2001-й годом волонтеров) и
благотворительность.
   Для нашей страны это весьма экзотические растения, которые
прививаются с большим трудом. В Штатах и волонтерство, и
филантропия давно цветут пышным цветом, а после 11 сентября пошли
в такой буйный рост, что даже сами американцы удивились.
   Они и прежде в среднем четыре-пять часов в неделю работали "за
так" в какой-нибудь общественно полезной сфере, и каждый второй
американец считал своим долгом жертвовать на благотворительность.
А после терактов волонтеров объявилось столько, что на всех не
хватало работы. Счет пожертвованиям сразу пошел на миллиарды
долларов. Только Американский Красный Крест собрал больше
полубиллиона долларов жертвам терактов.
   В Цинциннати мы встречались с Винсентом Костелло - директором
международной службы местного отделения Красного Креста. Сразу
после трагических событий он выехал на машине в Нью-Йорк и там
пять недель участвовал в беспрецедентной поисковой акции, о
которой наслышан весь мир. Мощной информационной базе, созданной
сразу после катастрофы с помощью "Майкрософта", не бывало
аналогов в истории ЧС.
   - Мы смогли ответить на пять тысяч запросов, нашли почти всех,
кого искали, - рассказывал Винсент. - У Красного Креста
достаточно опыта по поиску родственников после катастроф, но до
сих пор он оставался "бумажным" - компьютеры нам так помогли
впервые. И хотя финансовая забота о жертвах - не миссия Красного
Креста, мы собрали столько средств, что смогли помочь практически
каждой пострадавшей семье. Правда, некоторые отказывались от
денег - не хотели принимать милостыню...
   "Все мы в долгу перед обществом, в котором выросли и чего-то
добились", - это своего рода девиз американских волонтеров. Девиз
на все времена - и счастливые, и страшные.
   Нью-Йорк: их нет, но они не забыты.
   Это о "близнецах" - так ласково, словно людей, здесь называли
здания Всемирного торгового центра. Знакомая всему миру панорама
Манхэттэна без самых высоких своих небоскребов осиротела. Но в
Нью-Йорке они повсюду: на плакатах, открытках, экранах, майках...
Если в других городах Америки при желании можно не вспоминать о
случившемся, то в Нью-Йорке - не получится.
   "Америка сильна и все еще свободна", "Вместе мы выстоим", "Их
нет, но они не забыты", "Мы любим Нью-Йорк больше, чем когда бы
то ни было"... В городе, которому сначала завидовал, а потом
сочувствовал весь мир, эти бесчисленные надписи воспринимаются не
как социальная реклама - как крик души целой страны.
   Раньше я думала, что на свете есть два зрелища, на которые
невозможно смотреть: снег на солнце и кровь. В Нью-Йорке к ним
добавилось третье - самолет на фоне небоскреба. Зажмуриваешься,
но напрасно: воображению даже работать не надо - зрительная
память подсовывает ему кадр из теленовостей.
   В даунтаун - деловую часть города, где высился ВТЦ, -
экскурсионные автобусы сейчас не заглядывают. Но на Empire State
Building - небоскреб, оставшийся после 11 сентября самым высоким,
- подняться можно, хотя почти по всей Америке подобные обзорные
площадки закрыты.
   "Ты видела развалины в Нью-Йорке?" - это был едва ли не первый
вопрос, который мне задавали по возвращении. Нет, я не видела
развалин и не хотела на них смотреть, даже если с моей стороны
это непрофессионально. Я видела в Нью-Йорке совсем другое -
жизнь, которая бьет ключом, несмотря ни на что, и которой хватило
бы на сто городов. Неоновое сумасшествие, пальмы за стеклом,
переполненные рестораны (кто сказал, что нью-йоркцы больше туда
не ходят?), человеческие реки и водовороты, авеню и
стриты-стриты-стриты, душный сабвэй, настоящий Вавилон, кому -
энергетический вампир, кому - отец родной...
   С этим невероятным городом нас знакомил Владимир Ронкин, еще
четыре года назад - алма-атинский учитель. Он опубликовал цикл
статей под названием "Последний день "близнецов" и теперь
собирается издать одноименную книгу, а выручку передать семьям
погибших пожарных. Я спросила его: действительно ли Нью-Йорк
справился с бедой или это лишь видимость?
   - Думаю, справился. И надо за многое поблагодарить мэра
Джулиани. В первую очередь за "Семейный центр", где пострадавшие
могли получить любую помощь. Будучи юристом, он создал прецедент:
человек получал свидетельство о смерти близкого, даже если тело
не найдено. Прежде в таких случаях и речи не было о юридическом
оформлении. Но стойкость Нью-Йорка - заслуга не только мэра.
   Всем здесь пришлось учиться жить в условиях беды. Кстати,
знаете, куда направились русские на Брайтоне сразу после
терактов? Правильно, в магазины - скупать продукты. Потому что
наши-то уже всему ученые...
   Свой последний вечер в Нью-Йорке мы посвятили бродвейскому
мюзиклу. Элтон Джон решил поспорить с Верди и сочинил свою
поп-версию "Аиды". В зале был просто переаншлаг. Это при том, что
произведение Джона здесь считается далеко не хитом. Можно
представить, что творится на самом популярном мюзикле сезона -
"Продюсерах", - и быть уже совершенно спокойным за этот город.
   Нью-Йорк нас встречал, и он же провожал, переливаясь золотом в
иллюминаторе. Наши попутчики - оркестранты Московского
симфонического - приступали к отмечанию завершения американских
гастролей, открывая бесчисленные беспошлинные припасы. Добрые
стюардессы "Дельты" понимали всю бессмысленность попыток помешать
процессу. Гуд-бай, Америка... Умом тебя понять можно, а вот
аршином общим тоже не измерить. Особенно, когда ты взрослеешь.
   Ледяева.