Гостиница "Катерина Сити"

Шлюзовая наб., 6/1

русский | english




главная

апартаменты

питание

бронирование

Военно-воздушная семья. 

				
				
				
   Военно-воздушная семья.
   Российская авиация держится на людях из вологодской глубинки.
   Впервые Александр увидел паровоз лишь в начале 70-х, когда
поехал поступать в Рижское военное авиационно-техническое
училище. Зато самолеты в его Кич.Городке тогда летали так часто,
что смотаться на них за груздями или на танцы было обычным делом.
   На 9 мая Сашкин батя, фронтовик-авиатехник, рассказывал
сыновьям, как играл с товарищами на сбитые "Юнкерсы" в карты. А
тут еще и Гагарин со своим "Поехали!". Ну как тут не станешь
летчиком...
   Киркин против Хрущева.
   Отец моего собеседника - Александра Киркина - мужик был
боевой. Во время Великой Отечественной - комиссар батальона.
После войны - директор Великой Отечественной - комиссар
батальона. После войны - директор кич.-городецкого "Заготзерна".
"При Хрущеве отца послали председателем колхоза в деревню, -
рассказывает Александр Иванович.
   - А батя возьми да скажи на бюро райкома: не поеду, мол, этому
дураку кукурузу сажать... Его тут же из партии исключили".
   Сашка такой же принципиальный был. В анкете при поступлении в
училище так прямо и настрочил: "Отец исключен из рядов КПСС за
несогласие с линией партии". Хорошо еще начальник учебного отдела
полковник Полеваев, тотемский мужик, заметил. "Земляк! Да ты
что!.. Не за рюмку или юбку, а за несогласие с партией?! Срочно
пиши что-нибудь другое, а то хрен поступишь...".
   К тому времени, когда Александр приехал из Риги домой на
первые каникулы, Хрущева уже сняли.
   - Приезжаю, а мне батя рассказывает, как его первый секретарь
обкома КПСС Дрыгин чуть не застрелил, - вспоминает Александр
Иванович. - Зашел он как-то к Дрыгину, а тот ему говорит, мол,
Иван Иванович, мы тут погорячились, давай тебя в партии
восстановим. А батя: "Не вы меня в коммунисты принимали, не вам и
восстанавливать!.." Так Дрыгин аж побелел весь - ящик стола
открывает, достает пистолет: "Ты, Киркин, обнаглел совсем!
Застрелю!.." Крутой был мужик...
   Александр: 4 месяца в воздухе.
   15 лет, с 1967 по 1982-й, отлетал Александр борт-инженером на
транспортных "Ан-12". Побывал почти во всех горячих точках тех
лет: Чехословакии, Вьетнаме, Афганистане, Эфиопии... Видел то,
что оставалось за кадром однобокой советской пропаганды, и
поэтому слушать его можно часами.
   "В августе 1968-го наш полк подняли по тревоге прямо с
торжественного собрания, - рассказывает Киркин. - Приезжаем на
аэродром. Нам ставят задачу: летим в Прагу. А стрелку говорят:
"После границы с Чехословакией сбивай все, что летит выше 800
метров".
   Мы садились в Праге как на параде - самолет за самолетом через
30 секунд! В мире никто такого не делал. Так, по некоторым
данным, за ту ночь в столице Чехословакии село 700 (!) наших
транспортов с десантом".
   Но самые яркие воспоминания остались у него от Вьетнама. "Я
видел, как ведут себя те, кого американцы называли "желтыми
обезьянами". Лежит раненый вьетнамец - к ноге колючей проволокой
привязана бамбуковая палка, кость торчит. Глаза закрыты, а по ним
муха ползает. Ну, я иду, думаю - труп, и машинально муху рукой
согнал. А он вдруг глаза открывает. Смотрит на меня и молчит,
представляешь! Мучается - а ни звука. Характер!..".
   А еще с улыбкой вспоминает Александр Иванович о вьетнамской
любимице наших летчиков - обезьянке Чите. Авиаторы часто угощали
ее конфетами, а один однажды подшутил: завернул в фантик гайку.
Обезьяна моментально запихала "конфетку" в рот и под громкий
гогот летчиков долго пыталась разгрызть железяку.
   Разгневанная Чита жестоко отомстила обидчику. Когда насмешник
мирно спал у себя в отеле, мартышка пробралась к нему в номер,
потихоньку забралась на кровать и... нагадила похрапывающему
мужику прямо на лицо.
   ... Перед выходом на пенсию Александр два года летал в
Афганистан на "черном тюльпане" - перевозил в Союз цинковые гробы
с убитыми солдатами. Кабул, Баграм, гробы, гробы, гробы...
Погибали и летчики, и не только в Афгане. "За время моей службы 6
экипажей нашего полка в землю легло, - хмурится Александр
Иванович.
   Сейчас 56-летний Александр Киркин живет в Кич.Городке вместе
со второй женой Валентиной. Поросята, грибы-ягоды, огород -
обычная пенсионная жизнь. Но если по телевизору показывают сюжет
об авиации, от экрана его не оторвать. Небо - это навсегда...
   Валентин:
   "Япона мать!..".
   Валька поступил в Рижское авиатехническое год спустя. Только
специальность выбрал другую - пошел на радиофакультет. После
учебы судьба забросила его в Забайкалье.
   Однажды в Чите нежданно-негаданно приземлился японский
самолет. У японцев что-то поломалось, и они просили помощи.
Киркина переодели в "гражданку" и послали чинить заграничную
технику. Покумекав немного, Валя поломку устранил, чем вызвал
восторг иностранцев. Это и предрешило его дальнейшую судьбу.
   Как раз в те дни в Чите находился главком ВВС. Радиоинженера,
починившего сложную японскую аппаратуру, в порядке поощрения
перевели на службу в денежную Венгрию. Потом была академия им.
Жуковского, перевод в Энгельс Саратовской области, должность
инженера дивизии по радиооборудованию и звание подполковника.
Сегодня Валентин Киркин - тоже военный пенсионер.
   Живет все там же, в Энгельсе.
   "Крылатый" Николай.
   Колька, отстававший по возрасту от Сашки и Вальки на несколько
лет, с детства бредил "крылатой пехотой". Парнем он был упорным -
как брательники ни отговаривали, от мечты не отказался. Поступил
в знаменитое Рязанское училище ВДВ.
   Как и предвещали братья, Коля попал "ванькой-взводным" в
Фергану и как угорелый носился с солдатиками. Затем пришло время
Афганистана, где он воевал три года. Был ранен - зацепило
осколком, награжден орденом Красной звезды. "Бои там шли
жестокие, - рассказывает Александр Киркин, - от колькиной роты
оставалось в живых полтора десятка человек...".
   Николай выжил в этом аду, закончил академию и дослужился до
начальника оперативного отдела Тульской дивизии ВДВ. Ушел в
отставку в звании подполковника.
   Вообще иногда кажется, что Киркиных прочно связывают с небом
какие-то незримые нити. Судите сами. Анатолий, младший из
братьев, хоть и не стал авиатором, зато срочную служил в десанте.
Сыновья Николая и Александра тоже не "сухопутные": один - бывший
офицер-десантник, другой - в гражданской авиации.
   Судьбы семерых родственников так или иначе переплелись с
авиацией - чем это объяснишь? Чем объяснить, что главная мечта
56-летнего (!) Александра Киркина - в 2002 году прыгнуть с
парашютом вместе с Николаем, который будет отмечать свое
50-летие? Мне кажется, и в 90 лет будет жить в них эта непонятная
тяга к небесам...
   Небесам обетованным...
   Андрей Иванов.