Гостиница "Катерина Сити"

Шлюзовая наб., 6/1

русский | english




главная

апартаменты

питание

бронирование

Коррида для туристов. 

				
				
				
   Коррида для туристов.
   Некоторые, к примеру, любят лето, отдых. А я чем больше езжу,
тем крепче убеждаюсь: от наших турфирм нечего ждать милостей.
Даже за свои собственные деньги. Каждый гражданин, покупающий
путевку за рубеж, должен готовить себя не к расслаблению и
отдыху, а к борьбе за свои права. Особенно если эта путевка
куплена в "Натали-тур".
   Был у меня приятель Гоша. В нашей компании он славился тем,
что имел странное хобби. Гоша коллекционировал женщин разных
национальностей. И соответственно собирал их фотки. И, понятно,
показывал их: Гоша и француженка, Гоша и итальянка, Гоша и
кореянка. С дамой из ЮАР вообще неприлично получилось. Едет он в
метро пьяненький. А напротив негритянка сидит. И Гоша ей говорит:
"Эй, прыгай ко мне с ветки". Она и подсела. Потом Пашка
комплексовал жутко: она, говорит, шесть языков знает, профессор
какого-то там университета.
   Но больше всего он огорчался, что в его коллекции нет ни одной
испанки. Не получалось. Со всеми получалось, а с испанками - как
с нашей учительницей математики: "Садись, два!".
   Видимо, с тех самых пор у меня в голове и засело, что Испания
- тонкая и загадочная страна. И умереть, не повидав ни одной
Кармен,- такой же же экзистенциальный тупик, что и попытки
вежливости в отделении милиции.
   В Испанию мне хотелось страстно, маниакально. Моему
воображению рисовались коррида, архитектура Гауди, напоминающая
песочные расплывающиеся замки, которые я строил когда-то на
морском берегу, Дон Кихот и Санчо Панса, черт побери, Кармен,
исполняющая фламенко... Правда, недавняя попытка отдыха меня
насторожила (см. "Греческие каникулы" в "Профиле" N25, 1998). Уж
не замышляют ли наши турфирмы коллективную диверсию против бедных
отдыхающих? Это же первое правило диверсанта: как человек
расслабился, отвлекся от неприятностей - тут ему и настучать по
почкам, показать, что жизнь - это борьба с обстоятельствами, а не
трехразовое питание и ласковое солнце.
   Поэтому, когда впереди замаячила неделя отдыха, я не поступил
так опрометчиво, как в прошлый раз, а провел маркетинговое
исследование. По опыту с "Розой ветров" я знал, что надо искать
непременно фирму, работающую с зарубежным партнером без
посредников. Рейтинги туристических фирм, на которые так падки
нынешние издания, сориентировали меня. Десятку лидеров я выписал
в склерозник, то бишь органайзер. И когда в "Экстра-М" мне в
очередной раз попалась реклама "Натали-тур", занимающей
лидирующее положение в рейтингах, я решился. Фирма предлагала
двухнедельную поездку в Испанию (неделя путешествий по стране,
неделя отдыха в Коста-Брава). И цена вполне приемлемая - всего
каких-то $999. И это включая билеты, проживание, двухразовое
питание, экскурсии. Что еще нужно? Кирпич никогда не падает
дважды на одну и ту же несчастную голову, думал я. Не может же у
меня еще раз обломаться отпуск. И я купил путевку у "Натали-тур".
   ...В Шереметьеве-2, где был назначен сбор перед вылетом, я
обнаружил еще человек пятьдесят любителей испанской экзотики. К
всеобщему удивлению, такую огромную группу представители фирмы
решили не сопровождать до Испании: видимо, решили сэкономить. Мне
бы, ветерану и инвалиду туристского отдыха, насторожиться. Но я,
следуя английской поговорке Don't trouble troubles till troubles
trouble you, решил не обращать внимания на мелочи.
   Испания, несмотря на июнь, вместо солнца и тепла встретила нас
холодом и проливным дождем. "Это не страшно",- жизнерадостно
заверил я себя, натягивая свитер. У природы, как известно, нет
плохой погоды. Впереди нас ждут соборы, замки и интересные
экскурсии, а потом море. Может, и солнышко выглянет.
   В этот момент я услышал женский крик. Дама, с которой я сидел
рядом в самолете, оступилась на ступеньке и теперь лежала и
стонала. Подхватив почтенную леди из далекого уральского города
(все подробности своей биографии она сообщила мне за четыре часа
полета), я однако не смог поставить ее на ноги. Вызванный доктор
диагностировал перелом ноги. Несчастная не знала, что это лишь
начало ее злоключений. Все деньги, отложенные на карманные
расходы, ей пришлось потратить на гипс, костыли и лечение, так
как полученная в Москве страховка оказалась бесполезной бумажкой.
А представители фирмы в Испании отказались что-либо предпринять.
   Но ведь неприятности, которые случаются с другими людьми, нас
обходят стороной, не так ли?
   В аэропорту нас встречала Лена - представитель фирмы. Я в
принципе стою на том, что женщина всегда права - самим фактом
своего существования. Однако очень скоро стало понятно, что
Ленино существование протекает в другом измерении. И мы, ее
бывшие соотечественники, ее совершенно не интересуем. Моей бедной
соседке с Урала она даже не попыталась помочь.
   Каждый новый день стирал улыбки с лиц даже самых отчаянных
оптимистов. Программа постоянно менялась. Лена не знала ни-че-го.
Гауди путала с Самаранчем, а про Веласкеса сказала, что он умер
от СПИДа. Но, в отличие от большинства двоечников, которые свое
незнание смягчают чистосердечным раскаянием, нагло грубила
группе.
   Диалоги мы вели такие:
   - Что это за храм?
   - Посмотрите в путеводителе.
   - А кому это памятник?
   - Не знаю.
   - Можно ли здесь остановить автобус, чтобы сфотографироваться?
   - Нельзя, мы выбьемся из графика.
   Как будто мы хоть раз из него не выбились! Выезжали на
экскурсии мы всегда не вовремя, приезжали не вовремя и, что еще
печальнее, не вовремя пытались чего-нибудь посмотреть. В каждый
новый город нас привозили только под вечер, поэтому с прелестями
архитектуры мы знакомились лишь при свете фонарей.
   Под конец первой недели в Кордове вся группа отказалась от
пищи. Это не было актом протеста - просто накануне мы поужинали в
дешевой харчевне, куда привела нас Лена, и все повально
отравились. Утром мы не завтракали - еще не хватает того, чтобы
всю группу выполоскало в автобусе.
   Через час пути я с ужасом осознал процессы, происходящие в
моем животе. Страшная сила сотрясала мои внутренности и рвалась
на свободу. Боже, смиряя стихию думал я, не дай свершиться этому
позору при людях. Пот на искаженном страхом лице соседа раскрыл
его тайну: он ощущал то же, что и я. При этом мы точно знали, что
автобус не остановят, даже если нас стошнит всех вместе взятых. И
вдруг - я не поверил счастью - Лена попросила шофера притормозить
возле маленького домика с международной символикой. Туалет,
сортир, гальюнчик, клозет, солнышко, звездочка моя. На
полусогнутых ногах я вышел из автобуса - мое место как раз рядом
с шофером дало мне счастливый шанс обогнать всю экскурсию - и
бросился в туалет. Следом за мной ринулась вся группа.
   Посещение туалета в этот день стало самым сильным
положительным впечатлением.
   Первая неделя отдыха шла к концу. Приближался день прибытия на
отдых в город Ллорет-де-Мар, где мы должны были провести вторую
неделю. Ничего хорошего я уже не ждал. Только бы не было хуже!!!
Но тут-то и началось самое главное. Гостиница, обозначенная в
договоре как "трехзвездочная", при ближайшем рассмотрении
оказалась убогой общагой. А обещанный вид на море - видом на
автовокзал, где круглые сутки ревели автобусы. Пляж был около
шоссе. А кондиционера в номере вовсе не оказалось. По коридорам
носились ватаги орущих школьников. Балконные двери не
закрывались. Обшарпанная мебель, продавленные кровати. В памяти
вставало общежитие в главном корпусе МГУ, где постигали мы,
вчерашние маменькины сынки, науку страсти нежной.
   На следующий день ко мне пришла в слезах соседка по этажу. У
нее и еще нескольких туристов укради дорогую видеоаппаратуру.
Окруженный толпой несчастных, я решил действовать и возглавил
стачечный комитет. Праведный гнев возбуждал кровь. Для начала я
дозвонился до "Натали-тур" в Москве, но на вопрос, как мы
оказались в этой общаге, внятного ответа не получил. Тогда я
потребовал, чтобы нас отвезли в принимающую нас испанскую фирму.
Лена со злорадством предупредила, что это пустая затея, и везти
нас отказалась. Спор разгорался, грозя перейти в схватку. И тогда
мы оценили значение коллектива. Полсотни человек - это уже сила.
Лена сдалась и отвезла нас к испанцам. (Один из наших туристов,
готовя вещественные доказательства для суда, снимал все
происходящее на видеокамеру).
   После напряженных и нервных переговоров стало ясно, что мы
оказались в ловушке. До наших злоключений не было дела ни
"Натали-тур", ни ее испанскому партнеру. Однако мы решили не
сдаваться, а запастись уликами для выяснения отношений в Москве.
Предстояло получить документ, подтверждающий, что гостиница
"Феста брава", где нас поселили, не имеет трех звезд. Но мое
требование предъявить документ, доказывающий категорию "три
звезды", хозяин "гостиницы" категорически отверг.
   Тогда я решил обратиться в департамент по туризму местного
муниципалитета. Здесь к нам отнеслись доброжелательно. Видимо,
измученные, бледные лица несчастных жертв туризма способны
разжалобить и испанских чиновников. Вооружившись всеми
необходимыми документами, мы ждали возвращения домой.
   И вот мы в офисе "Натали-тур" на Земляном валу. Директор
фирмы, носящей ее имя, была удивлена нашему появлению. Она хотела
спустить дело на тормозах. Но двухнедельная борьба нас закалила,
и теперь мы знали о своих правах больше, чем обычные изнеженные
туристы. С пакетом документов в руках мы без труда доказали, что
ее турфирма играет на разнице в категории гостиниц, набивая свой
карман.
   Некоторые друзья по несчастью подали заявления в суд, требуя
возмещения морального и материального ущерба. Чем кончилось их
дело, я так и не знаю. С самого начала я мало верил в успех
предприятия. Всем не верящим в правосудие, в том числе мне, было
выдано по $90.
   В эту сумму юрист фирмы оценил наш испорченный отпуск и
издерганные нервы.
   Когда в понедельник я пришел на работу нервный, бледный и
злой, мой начальник, все эти две недели просидевший в офисе,
блестя глазами и шокируя меня нежным румянцем, поднял голову от
заваленного бумагами стола и участливо спросил: "Ты что, так
никуда и не поехал? Проболел что ли?".
   Ну не мог же я сказать, что как круглый идиот боролся за права
туристов! Завтра надо мной хохотала бы вся контора. Поэтому с
постным лицом и как можно более уныло я сказал: "Схватил
воспаление легких перед самым отъездом. Представляешь, всю жизнь
мечтал попасть в Испанию и провалялся две недели в постели".
   ИВАН ШТРАУХ.