Гостиница "Катерина Сити"

Шлюзовая наб., 6/1

русский | english




главная

апартаменты

питание

бронирование

Китай ликует: большой прорыв состоялся. 

				
				
				
   Китай  ликует:  большой прорыв  состоялся.
   13 июля в наступившей пекинской ночи, когда члены
Международного олимпийского комитета в Москве готовились ко
второму туру голосования, миллионы людей уже заполнили с алыми
пятизвездными флагами заблаговременно украшенные проспекты
китайских городов, телеканалы настроили давно записанные
праздничные шоу, уже застыли в ожидании мастера- устроители
фейерверков. Оставалось только прозвучать заветному слову.
Хуану Антонио Самаранчу отводилась роль фельдмаршала,
подающего сигнал к параду. В 22 часа 10 минут по пекинскому
времени (агентство Синьхуа точно зафиксировало сей
исторический момент) председатель МОК произнес наконец-то
заветное слово "Пекин", и в Пекине началось нечто
невообразимое: многоцветные вспышки фейерверка, многоголосое
чествование победы - тысячи людей ликовали на грани экстаза.
Города Китая стали аренами массового карнавала, сопоставимого
по красочности с торжествами празднества по случаю возвращения
Гонконга из-под британского владычества под китайский
суверенитет, состоявшимися несколько лет назад.
   "Стена демократии" на улице Сидань.
   Первые признаки массовой, общенациональной кампании
китайцев за право проведения Олимпиады-2008 я заприметил около
года назад. Было это в сентябре, незадолго до празднования
51-й годовщины образования Китайской Народной Республики.
   "Полгода перед тем на улице Сидань (близ которой я и живу и
работаю) дым стоял коромыслом. Точнее, не дым, а пыль:
бульдозеры и стенобитные машины обратили в прах десятки
добротных двух- и трехэтажных магазинов, уподобив одну из
главных торговых улиц города" вьетнамским и сербским городам,
накрытым американскими ковровыми бомбежками. Забредя на
Сидань, я неловко лавировал средь груд щебня, строительных
конструкций и огней электросварки с мыслью, что навороченного
и за пятилетку не разгрести. Но тысячи рабочих, вооруженных
современнейшей техникой, трудились в три смены, не покидая
"руин" ни днем, ни ночью, и затейливый замысел архитекторов
стал таинственно высветливаться не по дням, а по часам, словно
фотоотпечаток в ванночке с реактивом проявителем: вот на ваших
глазах ниспадают грязно-зеленые покрывала - и угрюмая
многометровая громада вдруг предстает дворцом-небоскребом с
зеркально-стеклянными стенами. Минует еще несколько дней - и
взорам открываются воздушные галереи, опоясавшие гряду
супер-универмагов наподобие второго этажа уличных тротуаров;
на месте одноэтажных лавчонок, захламленных двориков
обнаруживается кокетливая площадь с газоном и
деревьями-саженцами. Всюду стекло, сталь, свет, извилистые
овалы линий: ни дать ни взять иллюстрация к научной фантастике
50-х годов!
   1 октября Сидань заполнила принарядившаяся молодежь, уже
работали новые магазины. Особенное многолюдье царило у
длинного, в 20-30 метров стенда, от руки исписанного какими-то
надписями. Мое сердце дрогнуло: "дацзыбао"! Они запомнились
мне с далекого 1966-го, когда был здесь, в Пекине,
корреспондентом "Комсомольской правды". Именно в ту пору в
Китае вошли в моду "дацзыбао" ("газеты больших иероглифов") и
"стены демократии" - места, где вывешивались эти рукописные
прокламации. Тогда в них величали Мао Цзэдуна, кляли "лиц,
идущих по капиталистическому пути" и "советских
ревизионистов". На сей раз "стена демократии", как оказалось,
была посвящена незадолго перед тем оглашенной заявке Пекина на
проведение Олимпийских игр 2008 года. Особенностью данной
"стены демократии" была ее мобильность: тексты писались
(любым, кто пожелает) на красивых пластмассовых щитах,
которые, как я позднее убедился, периодически вынимались из
пазов и заменялись чистыми. Материалы "референдума"
предполагалось передать аж в Международный олимпийский
комитет...
   Так эта национальная кампания начала набирать обороты, и
агитация отнюдь не была главным ее содержимым. Экстренная
перестройка Сиданя - тому подтверждение.
   Выражаясь спортивным языком, "финальную пульку"
претендентов на право проведения летних Олимпийских игр 2008
года составили 5 городов: Осака, Париж, Пекин, Стамбул,
Торонто. Кому МОК окажет предпочтение, можно было только
гадать, но правительство КНР, столичная мэрия уже выделили на
предолимпийскую подготовку 3,4 млрд. долларов США (при условии
принятия заявки Пекина общую сумму для его реконструкции к
2008 году предполагалось довести до 20 млрд. долларов!). При
том, что в городе уже имелось 396 "звездных" гостиниц, уже
было проложено три (!) кольцевые трассы "бесконфликтного"
автомобильного движения...
   Сигнал поддержки от- диссидентов.
   Поддержка населением Олимпиады-2008 стала почти поголовной,
общественность была наэлектризована до предела. Но всех мучил
вопрос: как же в конечном счете проголосует Олимпийский
комитет? Не повторится ли "трагедия 1993 года", когда на таком
же заседании МОК Пекин проиграл Сиднею спор за право проводить
Олимпиаду-2000 при соотношении голосов 45:43 (как выяснилось
позднее, австралийцы буквально в ночь накануне выплатили двум
членам МОК взятки на сумму 70 тыс. долларов). Но не эти деньги
сыграли тогда решающую роль, а давление со стороны
американского конгресса, принявшего специальную резолюцию о
недопустимости проведения Игр в стране, "нарушающей права
человека". Но в нынешнем году в этом деле произошел
сенсационный поворот: ряд западных СМИ принялись трактовать
сие как роковую ошибку, ссылаясь на самых именитых китайских
диссидентов - Вэй Цзиншэна и Ван Даня, которые, оказывается,
еще 8 лет назад агитировали за предоставление Пекину права
проводить Олимпиаду: она, мол, поможет "либерализации" Китая в
духе ценностей Запада.
   Сегодня ряд экспертов - "пекинологов" подчеркивают, что
именно "оскорбление", нанесенное 8 лет назад Китаю под
давлением США Международным олимпийским комитетом,
спровоцировало в стране рост антиамериканских настроений.
"Если это повторится, китайцы сочтут себя дважды преданными
Западом", - предостерегает один из "пекинологов" Франческо
Сисчи. В таком же ключе стали писать и некоторые тайваньские
газеты. Модной в мировой прессе стала ссылка на Южную Корею:
мол, благодаря проведению там Олимпиады-88 ее тогдашнему
диктатору пришлось освободить 2335 политзаключенных, в том
числе Ким Дэ Чжуна - нынешнего президента. Не рассчитывает ли
упомянутый Ван Дань стать благодаря Олимпиаде-2008
председателем КНР?
   Победа не застала врасплох.
   Итак, победа, достигнутая в годовом соперничестве с
четырьмя другими городами мира, не застала пекинцев врасплох.
В отличие от премьер-министров Канады и Франции (ездивших в
Москву в надежде повлиять на членов МОК) глава китайской
делегации, заместитель премьера Госсовета КНР Ли Ланьцин,
воротился домой не с пустыми руками. По большому счету Пекин
не очень-то и рисковал: ведь произведенные уже за эти
несколько месяцев затраты на реконструкцию - даже в случае
непринятия заявки - пошли бы впрок для города, его жителей и
сотен тысяч иногородних строителей, получивших благодаря этому
работу и заработок. Но даже немалые предварительные расходы на
пиротехнику и уличное убранство, на заблаговременно отснятые
телефильмы, заблаговременно отпечатанные памятные почтовые
марки, заблаговременно отчеканенные юбилейные серебряные
монеты и т.д. и т.п. - все это, как оказалось, произведено не
впустую. Пекин все учел (включая, видимо, и туманные
диссидентские амбиции!). И своего добился!
   Просматривая через Интернет публикации западной прессы, я
наткнулся на упоминание слов некоего пекинского профессора,
мотивировавшего свою радость словами: "Наконец-то мир нас
признал!". Эта формулировка, за которой кроется некий комплекс
неполноценности, действительно представляла собой один из
мотивов среди китайцев. Надеюсь, мотив не слишком
распространенный. Китай, его великая культура, его позитивная
роль в международной политике, его непрерывно крепнущий
экономический потенциал есть реальные факторы современного
мира и в чьем бы то ни было "признании" не нуждаются.
   Национальный престиж - дело немаловажное, но не он  главная
ставка в "большой игре", значащей для КНР много. В условиях
непрерывно ускоряющихся процессов глобализации, когда Китай
оказался на пороге вступления во Всемирную торговую
организацию, он как никогда заинтересован в притоке
иностранных капиталов (а с ними - передовых технологий).
Семилетний период подготовки к Олимпиаде сулит Китаю в этом
смысле особо льготные условия. Более того, Олимпийские игры -
это масштабнейшее действо, вовлекающее в себя и спорт, и
мировые СМИ, и транснациональный капитал, - в наше время столь
значимы, что город - их организатор - на время становится
мировой столицей, своего рода законодателем мод, местом
формирования потоков капитала. Наконец, огромное
строительство, другие каналы подготовки к Олимпиаде могут
послужить прекрасными средствами разрядки нынешней
обострившейся из-за экономических реформ проблемы занятости. И
если Китаю удастся справиться с теми рисками, которые
сопряжены с попытками использования Олимпиады враждебными
силами для вмешательства в его внутренние дела и подрыва
стабильности, то обретенная 13 июля в Москве победа принесет
Китаю весьма крупные моральнополитические и экономические
дивиденды.
   Андрей  КРУШИНСКИЙ. Пекин.